Тормосина Н.Г.

Тормосина Н.Г.

 

АУТОДЕСТРУКТИВНОЕ ПОВЕДЕНИЕ В ПОДРОСТКОВОМ ВОЗРАСТЕ КАК СПОСОБ ИЗБЕГАНИЯ РАЗРЕШЕНИЯ ТРУДНОСТЕЙ КРИЗИСА ВЗРОСЛЕНИЯ

 

УДК 159.923

 

English verson:

 

Аннотация. Подростковый возраст – значимый период в жизни человека, протекание которого сопряжено с рядом трудностей. Среди ряда теорий, объясняющих сущность подросткового кризиса, выделяется концепция о необходимости разрешения в период взросления пяти экзистенциальных противоречий (данностей). В статье рассматривается возможность формирования аутодеструктивного поведения в подростковом возрасте как способа избегания трудностей столкновения с экзистенциальными данностями при взрослении.

Ключевые слова: аутодеструктивное поведение, подростковый возраст, возрастной кризис, экзистенциальные данности.

 

Об авторе

 

Ссылка для цитирования

 

Подростковый возраст – огромный по значимости и сложный период. По оценкам специалистов, из всех жизненных кризисов подростковый проходит наиболее тяжело.

По поводу определения хронологических рамок и границ подросткового возраста среди ученых существуют разногласия. По А.Г. Лидерсу, подростковый возраст начинается после младшего школьного возраста – в 10-12  лет, и заканчиваться перед ранней юностью – в 15-16 лет. По мнению Л.И. Божович, первая фаза подросткового возраста длится с 12 по 15 лет, вторая – с 15 по 17 лет. Г.С. Абрамова  предлагает возрастную классификацию по «содержанию жизненных задач развития и экзистенциальных переживаний, связанных с ними». Согласно этой классификации подростковый возраст продолжается с 13 по 17 лет. В.Б. Шапарь  (2003) подразделяет подростковый возраст на два периода – младший подростковый (пубертатный) – 11-15 лет и юношеский (ювенильный) – от 16 до 20 лет. В.В. Ковалев определяет этот возрастной период как «пубертатный криз» и выделяет две его фазы: негативную (12-14 лет) и позитивную (15-16 лет).Дж. С. Райкус, Р.К. Хьюз считают, что младший подростковый период длится от 12 до 14 лет, средний – от 14 до 17 лет, старший – от 18 до 21 года. По мнению Ф. Дольто, последняя граница подросткового возраста – окончательное окостенение ключиц – 25 лет. В большинстве случаев организации социальной и психологической помощи и в России, и за рубежом, работают с детьми и подростками в возрасте до 18 лет [7].

Общепринятой в России является периодизация возрастов по Б.Г. Ананьеву, где выделены  подростковый возраст (11-15 лет) и период перехода к ранней юности (старший подростковый возраст) (15-17 лет), то есть средний и старший школьный возраст.

Существует ряд теорий, объясняющих сущность кризиса подросткового возраста (пубертатного криза), а также причины повышенной значимости этого периода и сложности его протекания.

Р. Бенедикт считает причиной возникновения кризиса подросткового возраста характерный для западного типа культуры усиленный акцент на контрасте между ребенком и взрослым, в то время как в примитивных культурах требования к детям и взрослым одинаковы. Поэтому в индустриальном обществе подростковый период становится «временем конфликтов и потрясений» – поведение взрослых связано с вещами, которые запрещены детям, а взрослые, вместо того, чтобы помочь детям преодолеть разрыв, проявить самостоятельность, либо игнорируют эти попытки, либо вступают с ребенком в конфликт, что приводит к избеганию взрослого типа поведения или разногласиям. По мнению К. Левина, подросток находиться в положении маргинальной личности, как бы принадлежа к двум культурам – детей и взрослых, но не является полноправным членом ни одной из них. Положение маргинала порождает эмоциональную неустойчивость, конфликтность, агрессивность и застенчивость.

Представители психоаналитического направления (З. Фрейд, А. Фрейд) связывают кризис подросткового возраста с  нарушением баланса между Эго и Ид, достигнутого в латентный период. Физиологические изменения стимулируют инстинктивные процессы, нарушая баланс. Эго борется за восстановление равновесия.  Конфликт Эго и Ид отражается на поведении. Когда одерживает победу Ид, происходит регрессия, бегство в мир фантазий, возрастание агрессивности и асоциальное поведение. В случае победы Эго, проявляются заторможенность, тревога, невротические симптомы. Предпринимая усилия к восстановлению равновесия латентного периода, Эго мобилизует все имеющиеся в его распоряжении защитные механизмы. Как уже отмечалось, защитные механизмы помогают человеку переживать психотравмирующие ситуации, но снижают адекватность восприятия реальности и эффективность поведения в ней. Следствием этого являются трудности в социальной адаптации подростков [3].

Л.И. Божович отмечает, что подростковый кризис происходит из-за депривации потребностей, которые не могут быть удовлетворены по причине недостаточной социальной зрелости школьников. Эту депривацию трудно преодолеть в силу отсутствия синхронности в физическом, психологическом, социальном развитии подростка [4, с. 229].

Подросток переживает внутренний конфликт между потребностью развиваться и желанием оставить все как было раньше, на предыдущем этапе. Он начинает осознавать и рефлексировать свое поведение, свои личностные особенности, свой потенциал, создавать свой «образ Я». Самоуважение в этот период находиться под угрозой, так как реальное положение и статус не соответствуют желаемому. При этом у подростка нет возможности соотнести негативный и травмирующий опыт с уже сформировавшимся устойчивым представлением о себе, как это делают взрослые в кризисной ситуации [9, с. 6].

Подростковый и юношеский возраст – время начала реализации так называемой «стадии монады» или подготовки к ней. По классификации жизненного цикла семьи (Carter, McGolgrick, 1980) это период взросления, обретения независимости в суждениях и ценностях. Понятие «стадии монады» характеризует жизнь одинокого молодого человека, самостоятельного, живущего отдельно от родителей  [6].

В российских семьях в подростковом и юношеском возрасте люди редко имеют возможность жить самостоятельно[5], но этот факт не избавляет молодых людей от необходимости разрешения экзистенциальных противоречий – самоопределения в отношении пяти экзистенциальных данностей:

1. Принятия конечности собственного существования (дихотомия «жизнь – смерть»).

2. Поиска баланса между свободой и ответственностью в отношениях и перед самим собой за принятые решения и сделанные выборы (дихотомия «свобода – ответственность»). Центральная идея категориисвободы состоит в том, что существование человека не предопределено, он каждый день творит свою жизнь.Следствием этой свободы, ее ценой являетсячувство ответственности за собственную жизнь, формирование которого является важнейшей характеристикой взросления.

3. Необходимостью и важностью общения и совместного существования с другими и потребностью в одиночестве (дихотомия «совместность – одиночество»)

4. Разрешения противоречия между стремлением к поиску смысла жизни и ее абсурдностью (дихотомия «смысл – абсурдность»). Поиск смысла охватывает два различных, хотя и соседствующих, направления: «Каков смысл моей жизни?» и «Каков смысл Жизни в целом?».

5. Принятие собственного несовершенства и несовершенства мира при сохранении стремления к идеальности (дихотомия «несовершенство – идеальность») [8].

Разрешение экзистенциальных противоречий тесно связано с формированием устойчивой системы ценностей и убеждений.

Таким образом, основная осознаваемая или интуитивно реализуемая потребность подросткового возраста – поиск себя, формирование собственной идентичности, в том числе и через поиск смысла собственной жизни.

Главная ценность возраста – система отношений со сверстниками, взрослыми, подражание осознаваемому или бессознательно следуемому «идеалу», устремленность в будущее и, как следствие, недооценка  важности настоящего. Отстаивая свою самостоятельность, подросток формирует и развивает на основе рефлексии свое самосознание, «Я-концепцию».

Задачи подросткового возраста в целом свя­заны с разрешением субъективных противоречий собственного раз­вития, внутренних конфликтов, а также объективными вопросами, которые задает реальность. Подросток активно стремиться утвердить более взрослые и полезные для его развития горизонтальные отношения «Личность – Личность» вместо вертикальных «Старший – Младший». Ребенок, полностью зависимый от взрослых, должен за время подросткового периода сам стать независимым и ответственным взрослым, способным к сотрудничеству. Для принятия новой роли необходимо решить ряд ключевых задач: развить большую независимость – научиться самостоятельно принимать решения в соответствии с собственной системой ценностей и смысложизненными ориентирами, научиться ставить долгосрочные цели в личной и профессиональной жизни и твердо идти к ним, руководствуясь в своих действиях собственным мнением и собственной ответственностью [9, с.8].

Но на каждом этапе подросткового возраста некоторые из этих целей имеют особую важность. Младшие подростки переживают негативную фазу «пубертатного криза», характеризующуюся эмоциональной неустойчивостью, повышенной возбудимостью, несдержанностью, колебаниями настроения, импульсивностью, амбивалентностью реакций, утомляемостью, раздражительностью, демонстративностью в поведении. Во второй фазе пубертатного периода (15-16 лет) эти проявления постепенно сглаживаются, на первый план выходят задачи самоопределения, поиска своего места в обществе. Л.И.Божович  отмечает, что в 12-14 лет формируется способность к самостоятельному целеполаганию, в 15-16 лет –  «жизненная перспектива» [4].

К задачам возраста, наиболее актуальным для младших подростков, можно отнести:

–  отделение от родителей и приобретение психологической са­мостоятельности ;

определение своего места в среде сверстников,

трансформацию отношений со взрослыми – изменение отношений «Старший-Младший» в отношения на равных.

преодоление внутренних конфликтов;

поддержание эмоциональной стабильности, эмоциональная саморегуляция.

Задачи, более значимые для старшем подростковом возрасте (ранней юности):

установление новых эмоциональных отношений с ровесниками;

  установление гар­моничных отношений с представителями противоположного пола;

профессиональное самоопределение;

движение к осознанию своего предназначения, поиски «смыс­ла жизни».

Если решение этих задач проходит успешно, подросток получает знания и умения, необходимые во взрослой жизни, неудача  существенно повышает вероятность развития у него эмоциональной и социальной дисфункции [7, с. 95].

В настоящее время целый ряд факторов негативно влияет на протекание подросткового периода. К таким факторам относятся постоянная трансформация общественно-экономических и социально-психологических отношений, негативное влияние некоторых деструктивных аспектов школьного и семейного воспитания, воздействия СМИ и стереотипов массового сознания.

Кризис ценностей, характерный для современного общества, затрудняют поиск смысла собственной жизни, что затрагивает и самоопределение в отношении остальных экзистенциальных противоречий, разрешение которых важно для успешного преодоления трудностей взросления.

Способы избежать решения вопроса о смысле собственной жизни, принятия на себя ответственности за свои действия, развития внутренней готовности к преодолению трудностей многочисленны. Г.  Масколье относит к ним «бегство в экстрим», уход в секты и фанатическое поведение как способы передачи человеком ответственности за себя другим лицам.

Экстремальное и фанатическое поведение являются формами аутодеструктивного поведения.

Аутодеструктивное (самоповреждающее) поведение такой способ взаимодействия человека с окружающими людьми и самим собой, при котором ему наносится вред, то есть его действия направлены на нанесение прямого или косвенного ущерба собственному соматическому или психическому здоровью, несут угрозу целостности и развитию личности человека (Ц.П. Короленко,  Т.А. Донских, 1990, И.В. Берно-Беллекур, 2003, Е.В. Змановская, 2004, A.А.  Руженков, Г.А.  Лобов, А.В.  Боева, 2008, О.О. Андроникова, 2010). Кроме экстремального и фанатического поведения, к его формам относится аутоагрессивное поведение (суицидальные и парасуицидальные действия), аддитивное поведение (химические и нехимические зависимости), аутическое и виктимное поведение (Ц.П. Короленко, Т.А. Донских, 1990).

Таким образом, становится актуальным вопрос о том, можно ли рассматривать аутодеструктивное поведение в подростковом возрасте как способ избегания решения задач возраста принежелании или невозможности сталкиваться с трудностями, неспособностью справляться с принятием экзистенциальных данностей?

Рассмотрим основные точки зрения на причины и функции аутодеструктивного поведения.

N. Kreitman (1969) считал несмертельное умышленное самоповреждение призывом о помощи, способом воздействия на окружающих с целью достижения желаемых субъектом изменений. В настоящее время аутодеструктивное поведение рассматривается  также как способ эмоциональной саморегуляции и разрешения  внутриличностных конфликтов (Н. Мак-Уильямс, 1994), как компонент поведения, который в определенный момент являлся формой приспособления к психотравмирующим факторам, помогая человеку сохранить самоуважение, целостность «Я-концепции», позитивную самооценку, хотя и наносил ущерб здоровью, социальной адаптации (Е. Бурцева, Х. Сименс, 2002), результат экстериоризации неадекватно интериоризованной картины мира (Т.Н. Горобец, 2007), следствие неудовлетворения базовых потребностей, прежде всего потребности в безопасности (Т.В. Эсканкусто, 2011).

Причинами аутодеструктивного поведения подростков, А.В. Ипатов (2011) считает дезадаптацию в виде податливости влиянию, социальную дезориентацию, непродуктивные, асоциальные стили взаимодействия с окружающими. В. Петрова, А.И. Демьяненко (2010) также рассматривают отдельные формы аутодеструктивного поведения подростков – суицид и химические зависимости – как средство диалога с окружающими, способа донесения до них информации о высокой степени личностного неблагополучия. Г.С. Банников, О.В. Вихристюк, Л.В. Миллер, Т.Ю. Матафонова (2012) также признают аутодеструктивное поведение подростков призывом о помощи.

С целью изучения причин аутодеструктивного поведения и способов его психологической профилактики нами было проведено эмпирическое исследование, в ходе которого было доказано, что аутодеструктивное поведение при неблагоприятных условиях может включаться в систему психологической саморегуляции как фактор сохранения  целостности личности человека, сохранения позитивного самоотношения, избегания переживания фрустраций.

В отношении роли аутодеструктивного поведения при избегании разрешения трудностей подросткового возраста как кризисного этапа можно предположить, что суицидальные и парасуицидальные действия могут быть связаны как с невозможностью осознания конечности собственной жизни (дихотомия «жизнь-смерть»), так и со сложностями поиска смысла собственной жизни, а также принятием неидеальности мира и собственного несовершенства. Как уже отмечалось, такие формы аутодеструкции как экстремальное, виктимное, зависимое, аутическое поведение являются как следствием неспособности принять на себя ответственность за ход своей жизни и собственные действия, так и результатом сложностей самоопределения в отношении дихотомии «совместность – одиночество», трудностей в отношениях с окружающими, обнаружении и отстаивании собственных границ.  Человек может полностью отказаться от свободы выбора и доверить его другим, либо вообще не вступать в контакт с людьми. Это не определенное время помогает избежать тревожных вопросов, но в итоге привести к ощущению проживания «не своей» жизни и еще более глубокому личностному кризису и нарушениям физического и психологического здоровья. Отказ от трудностей разрешения экзистенциальных противоречий приводит к сложностям формирования системы ценностных ориентаций.

Также в исследовании было доказано, что значимыми особенностями, характерными для подростков с высоким риском аутодеструктивного поведения вне зависимости от гендерной принадлежности и фазы пубертата являются:

а) в ценностно-смысловой сфере: субъективное ощущение бессмысленности жизни,низкой собственной ценности, повышенной значимости других по сравнению с собой, низкая важность ценностей интеллектуальной и аффективной автономии;

б) в эмоциональной сфере: чрезмерная выраженность защитных механизмов, низкая нервно-психическая устойчивость и самооценка, эмоциональный дискомфорт.

В возрастной группе 15-17-летних подростков более выражены социальный пессимизм, субъективное ощущение несостоятельности и отсутствие перспектив успешной самореализации. Также в этой возрастной группе отмечается тенденция к снижению суицидального риска наряду с ростом риска наркотизации и алкоголизации.

Ценностные ориентации младших подростков субъективно менее значимы для них, чем для 15-17-летних юношей и девушек, причем в группе старших подростков сформированность ценностных ориентаций является фактором высокой нервно-психологической устойчивости. Согласованность системы  ценностных ориентаций, как и более низкий риск аутодеструктивного поведения, более характерны для юношей и девушек 15-17 лет –  группы старших подростков.

Несбалансированность системы ценностей приводит к следующим последствиям. Во всех группах подростков малая выраженность ценностей, связанных с соблюдением общественных норм, таких, как «включенность в социальные отношения», «гармония с социальным и предметным миром», является фактором, повышающим риск делинквентного поведения подростков, высокая значимость социальных ценностей по сравнению со значимостью ценностей собственной жизни и  эмоционального благополучия повышает риск аутодеструктивного поведения.

Таким образом, для профилактики аутодеструктивного поведения подросткам, независимо от половой принадлежности и периода пубертата, необходимо ощущение осмысленности жизни, контроля над жизненными обстоятельствами, аффективная и интеллектуальная автономия, осознание перспектив достижения целей и способности влиять на ход собственной жизни. На основании этих положений нами были разработаны теоретическая модель и комплексная программа профилактики аутодеструктивного поведения направленная на содействие развитию субъектной позиции подростка, повышению значимости и способности реализации ценностей, к применению копинг-стратегий в острых и пролонгированных неблагоприятных ситуациях, доказавшая свою эффективность. 

Литература

  1. Абрамова Г.С. Возрастная психология. – Москва, 1998. – 704 с.
  2. Банников Г.С.,  Вихристюк О.В., Миллер Л.В.,  Матафонова Т.Ю.  Памятка психологам образовательных учреждений по выявлению и предупреждению суицидального поведения среди несовершеннолетних. – Москва, 2012.
  3. Блюм Дж. Психоаналитические теории личности. – М.: Культура «Академический проект», 2009. – 222 с.
  4. Божович Л.И. Личность и ее формирование в детском возрасте. – М.: НПО «Модэк», 1995. – 352 с.
  5. Варга А.Я. Введение в системную семейную психотерапию. – М.: Когито-центр,  2011. –184с.
  6. Малкина-Пых И.Г. Семейная терапия. – М.: ЭКСМО, 2005. – 749 с.
  7. Райкус Дж.С.,  Хьюз Р.К. Социально-психологическая помощь семьям и детям групп риска. – Москва: Эксмо, 2009. – Том III. – 288 с.
  8. Масколье Г.   Гештальт-терапиявчера,сегодня,завтра. Быть собой. –  М., 2010. – 134 с.
  9. Фопель К. На пороге взрослой жизни. Психологическая работа с подростковыми и юношескими проблемами. – М: Генезис, 2008. – 176 с.

Об авторе

Тормосина Наталья Геннадьевна – педагог-психолог Центра внешкольной работы Промышленного района г. Ставрополя, аспирантка ФГАОУ ВПО «Северо-Кавказский федеральный университет».

е-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

Ссылка для цитирования

Тормосина Н.Г. Аутодеструктивное поведение в подростковом возрасте как способ избегания трудносте кризиса взросления.[Электронный ресурс] // Прикладная психология и психоанализ: электрон. науч. журн. 2014. N 1.URL:http://ppip.idnk.ru (дата обращения: чч.мм.гггг).

Все элементы описания необходимы и соответствуют ГОСТ Р 7.0.5-2008 "Библиографическая ссылка" (введен в действие 01.01.2009). Дата обращения [в формате число-месяц-год = чч.мм.гггг] – дата, когда вы обращались к документу и он был доступен.